Дачные расследования [антология] - Галина Владимировна Романова

— Несчастный случай, повлекший смерть хозяина дома. Все! Огород городить нечего. И народ понапрасну не тревожь, майор, — это главный из опергруппы так говорил Степанычу. — Самое начало дачного сезона. Пусть люди отдыхают. Свалился мужик с лестницы, выпив лишнего…

— Он не пил, — перебил Егор Степанович. И добавил: — Никогда.

— Никогда не пил, а тут напился. С расстройства.

— С какого?

— Старший сын решил из дела выйти. Свою долю монетизировать потребовал. Может, поскандалили накануне вечером. Не до мордобоя, конечно, но крепко разругаться могли?

— Так, может, сын…

— Не может, майор, — перебил его старший опергруппы жестким голосом. — Сын спал с женой в своей спальне на втором этаже. И был пьянее пьяного. Он, между нами, «кыш» сказать не мог. Где ему с постели встать и отца с лестницы скинуть!

Весь этот разговор Кира подслушала, притаившись на заднем сиденье служебного автомобиля участкового. Напросилась с ним покататься по поселку и с людьми поговорить.

— Тут ведь пару дней назад к ним пытались влезть, пока их дома не было. Кто в пекарне был, кто в городе, — напомнил Степаныч.

— Влезли? Украли что-нибудь? — равнодушно поинтересовался опер.

— Нет. Сигнализация сработала.

— Вот видишь, майор. Ничего не украли. Даже не проникли в дом. Так чего огород городить?

Еще минута, и он точно бы зевнул. Степаныч вернулся в машину. Сел за руль, побарабанил по нему пальцами.

— Может, оно и так, Кира Сергеевна, — проговорил он задумчиво, не глядя на нее. — А может, и не так… И как, скажи, на милость, жить в поселке, зная, что мог, но не сделал?

Она помалкивала, прекрасно понимая, что участковый сейчас не с ней говорит, а с самим собой.

— Вдруг убили? И этот убийца будет ходить вместе с нами в магазин, улыбаться, а я — все время смотреть… Н-да, дилемма… Что думаешь?

Он повернулся к ней, строго глянул. Прямо как в детстве, когда тетка призывала его на помощь в вопросах воспитания племянницы.

— Вы нашли тех двоих, что пытались вломиться к ним в дом?

— Чего их искать-то? — фыркнул участковый. — Они физиономии закрыли, а задницы, как страусы, выставили наружу. Дураки! Близнецы это — Агаповы. Неблагополучные. Уже не раз пытались что-нибудь сотворить. Правда, само провидение отводит от них грех. Был я у них, Кира Сергеевна. Говорил. Отказываются, конечно, но глаза прячут.

— Поехали, — неожиданно скомандовала Кира, заерзав на сиденье. — Я с ними хочу поговорить. Поехали, Степаныч!

Неожиданно он послушался. Завел машину и повез ее к Агаповым. Дорог на ее памяти тут прежде никогда не было. Чаще — накатанная грунтовка, реже — засыпка щебнем. Сейчас же дорожному полотну можно было позавидовать. В их с мамой дворе, к примеру, асфальт клали еще в прошлом десятилетии.

— Какие дороги, Степаныч! — не удержалась, воскликнула Кира. — Катись, не хочу!

— Я и не хочу, — отозвался он ворчливо. — А качусь. Зачем, спрашивается? Я с ними уже говорил. Они идут в отказ. Не были, говорят. Докажи, майор…

… — Никто ничего доказывать не станет, — рассматривая близнецов десять минут спустя, произнесла Кира тихо и загадочно. — Вас закроют за убийство Саврасова, и все. А кражу, которая не состоялась, просто забудут. Убийство в приоритете.

Степаныч попробовал дернуть ее за подол лимонного платья, но толку-то!

— Какое убийство? Че за базар, тетенька? — надменно кривя губы, отозвалась молоденькая девушка.

Она была красива, как грех! Складно сложенная, с густой копной темных кудрей, карими глазами и пухлым алым ртом. Загорелые стройные ноги открыты взгляду — на ней были все те же короткие красные шорты.

— В этих шортах к Саврасовым хотела влезть? Видели тебя. Уже и показания дали под протокол, — врала, как сивая кобыла, Кира, не обращая внимания на Степаныча, который то шумно дышал ей в затылок, то выдыхал со странным тихим свистом. — Вот оперативная группа из города порадуется. Им даже искать никого не надо. Вот она, пара подозреваемых в убийстве — готова.

— Хорош тут нас на понт брать, Воробьева, — неожиданно оборвал ее паренек Агапов. — Мы ничего не взяли, сигнализация сработала. И никого не убивали. Всю ночь в городе были у друзей. Алиби у нас.

— А взять что хотели? — словно не слыша его, снова пристала Кира. — Всю жизнь жили в одном поселке, никогда к пекарям не совались со своими преступными замыслами. А тут вдруг бац — и полезли. Что надо было? Денег?

Две головы одновременно кивнули.

— А Саврасовы, что же, деньги в доме держали? Просто так — не в сейфе? Прямо в мешках с мукой?

— Да не успел он их в сейф убрать, — нехотя проговорил паренек. — И сумка больно большая. Какой сейф-то нужен! Саврасов-старший сумку с деньгами прямо у порога в прихожей швырнул, дом закрыл и в пекарню отправился. Мы и полезли. Кто же знал про сигнализацию?

— Да… А вас не предупредили? На деньги навели, а что в доме сигнализация есть, не сказали?

— Да, не сказали! — выпалили глупые правонарушители в один голос.

— Кто не сказал? — не давая им опомниться, давила Кира. — Кто тот умник, что вас так безалаберно подставил?

Они молчали, взявшись за руки.

— Вы понимаете, что убийство пекаря было спланировано заранее? — не унималась она, уже не обращая внимания на участкового. — Или до вас не доходит? Тот человек, который его убил, все спланировал! И кражу эту придумал не просто так, он же знал про сигнализацию? Знал! А вас отправил за сумкой с деньгами… Кстати, а что за деньги? Откуда они? Из пекарни? Почему так много? Он что же, выручку несколько дней не забирал?

— Да нет, — поморщилась красивая девушка. — Он эти деньги снял со счета, чтобы со старшим сыном расплатиться. Тот долю свою захотел.

— Старший сын захотел долю, а вы захотели ее забрать. Дураки! — неожиданно выпалила Кира с сочувствием. — Развели вас, как детей. И человек погиб из-за этих дурацких денег. И вас теперь посадят.

Она повернулась, мотнув подолом лимонного цвета и сделав вид, что собирается уйти. Была уверена, что они ее остановят.

— Нас не за что сажать! — бросила ей в спину Агапова. — Мы ничего не сделали.

— Мы не успели! — добавил ее брат. — Нас спугнули. Мы убежали.

— А минувшей ночью вернулись, чтобы забрать сумку, когда все спят, но хозяин вас застукал. И вам пришлось столкнуть его с лестницы…

— Але, гараж! — повысил голос парень и пощелкал пальцами перед лицом. — Я сказал, у нас алиби. Нас не было в поселке с вечера до утра. Час назад вернулись. Не слышала, Воробьева?

Она слышала. Но понимала, что ребята врут.